А в пятнадцать было жить,с предками лажа,
Потому и отдалась,хулигану Паше.
Он ей даже говорил,что сидел в Бутырке,
Но вот странно почему то,собирал бутылки.
Чтоб родителей не видеть,на хрен они сдались,
Вместе с Пашей по вокзалам день и ночь шатались.
И сдружиться ей пришлось с Федей,Колей,Васей,
И в подвале очень часто стала с ними квасить.

Не воровка,не шалава,слова такого она раньше не знала,
Не воровка,не шалава,жизнь началась с базара-вокзала.
Не воровка,не шалава,слова такого она раньше не знала,
Не воровка,не шалава,слов таких не знала.

Не забот и не хлопот,и синяк под глазом,
Припаял залётный фраер с Северо-Кавказа.
А вокзальные менты,самых честных правил,
Очень ласково и нежно,соской называли.
Престарелый капитан, вылитый иуда,
Всё к сожительству склонял,разве не паскуда.
Ей та чё как говориться сильно не убудет,
Но за то хоть на конфеты и на пиво будет.

Не воровка,не шалава,слова такого она раньше не знала,
Не воровка,не шалава,жизнь началась с базара-вокзала.
Не воровка,не шалава,слова такого она раньше не знала,
Не воровка,не шалава,слов таких не знала.

Так и сгинула она в суете вокзала,
И ни слова ни пол-слова даже не сказала.
И не вспомнят про неё,кроме мамы с папой,
Что жила на этом свете,а кто виноватый?

Не воровка,не шалава,слова такого она раньше не знала,
Не воровка,не шалава,жизнь началась с базара-вокзала.
Не воровка,не шалава,слова такого она раньше не знала,
Не воровка,не шалава,слов таких не знала

Не воровка,Не шалава