Пыхтят продукты, без раздумий их мы
меняем на прохладное питьё.
Жара! Текут расплавленные рифмы –
горячее чугунное литьё.

Облом сейчас набоковским Лолитам,
им прежних дифирамбов не поют.
На аромат опрелых целлюлитов
гормоны Ванек-встанек не клюют…

Поэты обалдевшие синхронно
лепечут в полукоме кто о чём:
о рыжих кошаках и о патронах,
летящих к психиатру на приём,

о бравых ПАЗах, о скелетах Флинта,
о плотогонах Юрия Лозы…
Зной, пыль, сушь, гарь – удушливая квинта,
просящая живительной грозы.

Ни слова о любви в кипящем мире,
лирический настрой у всех зачах,
один VIOZ в прохладненькой Сибири
срывает колокольчики в лугах.

Чужих невест доводит до экстаза,
достав заиндевевший пулемёт,
и ледяную водочку, зараза,
на дне рожденья, нам на зависть, пьёт!

А мы течём, смываемся в диваны
и пухнем, как воздушные шары…
Заснеженные русские нирваны,
спасите нас быстрее от жары!