Немудреной участью горды мы,
знай себе – живи и не скучай.
Комаров отпугиваем дымом,
в котелке завариваем чай.

В непонятном сложном диком танце,
на гастролях, у людей в гостях,
яркого костра протуберанцы
прыгают, валежником хрустя.

Мы сидим, в ладонях грея кружки,
и ладони грея заодно,
на луной окутанной опушке,
на которой все немудрено.

И, расслабив мускулы до неги,
слушаем, осклабив глушь бород,
как, в приемник спрятавшись, Онегин
с ветки кедра арию поет.

Так же, как и мы, истратив силы,
на плечах приехав, как князья,
отдыхают наши бензопилы,
верные горячие друзья.

Завтра мы проснемся на рассвете,
чтобы, сапогами встретив хлюпь,
вновь вгрызаться в луб седых столетий,
в глубь тайги и в гнуса злую глупь.

Немудреной участью горды мы,
так как эта участь мудрена
в душах тех, кто дышит горьким дымом
и хлебает свой чаек до дна.