Круглосуточный помню детсад, вечно пьяный папа,
Забывающий в парке дитя, проссаный диван.
От безвольного мужа-отца нам хотелось драпать,
Да вот мать опасалась, что мал шустрый мальчуган.

Годы шли, папа «горькую» пил, ниже опускался,
А ведь в «лётном» отличником был, он хотел летать.
Но с вином подружиться решил, вот и долетался,
Жизнь совсем стала невмоготу, путь один – бежать.

Город Горький, он горький и был, оттого и грустно,
Кто решил убежать далеко, тот и убежал.
Это может сейчас Казахстан россиян не впустит,
А тогда нас встречал небольшой скромный Каражал.

И я начал казахский учить, но судьба печально
Приготовила новый сюрприз не с того конца.
В телеграмме две строчки всего про исход летальный,
И в свои десять лет я узнал, как жить без отца.

Только сопли и слёзы тереть мне не приходилось,
Мать работала ночью и днём, а хозяйка – я.
Из квартиры пытались нас гнать, всё ж не получилось.
И крепчала из двух человек дружная семья.